Россия, 115280, Москва,
     ул. Ленинская Слобода, 19
[email protected]

Работа над врачебными ошибками

Работа над врачебными ошибками

Почему родственникам погибших в больницах редко удается привлечь виновных медиков к ответственности. Уголовные дела, возбужденные по части 2 статьи 109 УК РФ ("Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей") и дошедшие до суда, образно говоря, можно по пальцам пересчитать.

Они дошли до Москвы

Сейчас, например, Сарапульский городской суд рассматривает дело в отношении двух врачей местного роддома, в котором в июне 2013 года погибла роженица. Ее мужу, Ивану Шувалову, пришлось дойти до главы Следственного комитета РФ Александра Бастрыкина, чтобы придать расследованию нужные темп и направление.

До Бастрыкина дошел и житель Дзержинска (Нижегородская область) Денис Фомин - его супруга Ирина умерла 16 июля 2014 года после непрофессионально сделанного кесарева сечения.

- Местные следователи затягивали расследование, материалы уголовного дела необоснованно передавали из следственного комитета в полицию и даже в нарушение требований УПК РФ закрывали, - рассказывает Денис. - И только после моей встречи с Бастрыкиным 3 марта этого года дело возобновили, назначили дополнительную экспертизу. Дзержинские следователи Кокин и Субботина, которые также присутствовали на встрече, объяснить главе Следственного комитета свои действия не смогли. Они, не дожидаясь окончания служебной проверки, уволились. Вопрос в Москве решился за четыре минуты.

Таких примеров, когда родственники погибших или пострадавших от действий врачей полны решимости и идут до конца, мало. А ошибок медиков, увы, много. Только в Удмуртии за первые три месяца 2016 года от осложнений беременности, родов и послеродового периода умерли 3 женщины. В каждом из этих случаев нельзя исключать оплошности сотрудников роддомов.

Гражданский суд поможет?

Как же действовать людям, пострадавшим от действий медиков? Что делать пациенту, заподозрившему врача в недобросовестном исполнении своих обязанностей? Может ли надеяться на компенсацию человек, ставший жертвой врачебной ошибки? К кому обращаться и чего ожидать?

На эти вопросы попытались ответить участники круглого стола "Споры по врачебным делам. Судебное решение конфликта пациента и врача. Профессиональные врачебные ошибки. Права и обязанности врача и пациента", прошедшего недавно в Нижнем Новгороде. Инициировали и провели его общественная организация "Ассоциация юристов России" и юридическое объединение по возмещению вреда жизни и здоровью "Гражданская компенсация".

В качестве цивилизованного вида спора по врачебным делам эксперты предложили обращение в гражданский суд. Например, Олеся Веселкина, заведующая отделом сложных экспертиз Бюро судебно-медицинской экспертизы Московской области, часто выступая в уголовных делах на стороне обвинения, обращение в следственные управления СК РФ считает малоэффективным. По данным СУ СК РФ по Нижегородской области, в ведомство за 2015 год поступило 51 сообщение от граждан, считающих себя пострадавшими вследствие действий медиков. Возбуждено 26 уголовных дел, однако до суда не было доведено ни одного: дела либо останавливаются в связи с "невозможностью установления лиц, совершивших преступления", либо затягиваются, несмотря на наличие сроков давности преступления.

- Самая страшная и ужасная 238-я статья (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей) имеет сроки давности 5 лет, а я знаю дела, по которым 8 лет врач ходит обвиняемым. Следователи его периодически вызывают, допрашивают вместе с потерпевшим и так далее. То есть следствие не может разобраться в этой ситуации, - рассказывает Олеся Веселкина.

Следователям и полицейским трудно разобраться в нюансах

По словам Алексея Шошина, следователя по особо важным делам СУ СК РФ по Нижегородской области, в ходе расследований медицинских дел сотрудники их ведомства и полицейские сталкиваются с широким кругом проблем. Поскольку не обладают специальными медицинскими познаниями и, чтобы детально разобраться в ситуации, обращаются за помощью в соответствующие организации, работают в связке с центрами судебной экспертизы. Но экспертиза может длиться несколько месяцев, а сроки расследования ограничены. Кроме того, расследование сталкивается с противодействием врачебного сообщества, которое старается защитить своих коллег.

- По одному дело дошло до того, что руководство обвиняемого изготовило - по сути, сфальсифицировало, - приказы главного врача лечебного учреждения для того, чтобы таким образом хотя бы частично оправдать действия или бездействие обвиняемого, - рассказывает Шошин.

Ясно, что следователи и полицейские не в силах справиться со сложностями, касающимися уголовных расследований врачебных дел. Если даже процесс сбора документов, экспертиз и проверок и заканчивается обвинительным приговором, то из-за сроков давности виновные освобождаются от наказания прямо в зале суда.

В пользу истцов

Разбирательство же в рамках гражданского иска значительно упрощает процесс для обеих сторон. Сокращаются сроки ожидания результатов экспертиз и исчезают проблемы, связанные с диспозицией статей Уголовного кодекса РФ, по которым можно квалифицировать действия медиков.

В настоящий момент постоянной практики по решению врачебных дел в рамках гражданского иска не сложилось. Каждый случай рассматривается индивидуально, при этом страдания граждан в рублях могут оцениваться и семизначными суммами.

Председатель коллегии по гражданским делам Нижегородского областного суда Михаил Щербаков замечает, что нередки и встречные иски со стороны ответчиков. Но в целом при рассмотрении споров в гражданском суде решений в пользу истцов больше, чем после обращений в следственные управления.

Кстати, по словам адвоката Ирины Фаст, 2015-2016 годы отмечены увеличением смертности, в том числе и по вине врачей. Значит, количество прецедентов, к сожалению, выросло. Впрочем, как бы цинично это ни звучало, чем больше процессов - тем больше практики, наработанного опыта, который подскажет, как и что делать истцу. Следовательно, шансы на успех постепенно увеличиваются.

Мнение

Александр Цопов, заместитель директора НИИ прикладной и фундаментальной медицины, практикующий врач:

- Я считаю, что в последние десятилетия в общественном сознании произошел перекос: люди ополчились на врачей. Предлагаю разграничивать понятия врачебной ошибки и халатности или преступления. Ошибка есть добросовестное заблуждение специалиста, который, руководствуясь своим опытом, в трезвом уме и здравой памяти старается помочь больному, но в силу ограниченности человеческого сознания не может принять правильное решение. Но встречается и откровенная халатность на рабочем месте, которую пытаются выгородить. Необходимо внести поправки в законодательную базу, наделить правами общественные организации (в состав которых буду входить не только юристы, но и врачи), которые смогут реально оценить ситуацию в каждом конкретном случае, потому как это единственный путь восстановить справедливость.